Главная: Помутнение (A Scanner Darkly)

”Они всего лишь хотели повеселиться, словно дети, играющие на проезжей части. Одного за другим их давило, калечило, убивало - на глазах у всех, - но они продолжали играть”.
Страшная книга. Великая книга. Магический реализм? Хиппи-антиутопия? Постмодернистская автобиография? Просто - “Помутнение”...

Страница писателя: Дика Филипа    Скачать книгу Помутнение: doc | fb2 | txt

  Жил на свете парень, который целыми днями вытряхивал из волос букашек. Терпя от них неслыханные мучения, он простоял как-то раз восемь часов под горячим душем – и все равно букашки оставались в волосах и вообще на всем теле. Через месяц букашки завелись в легких.
  Будучи не в силах ничего другого делать и ни о чем другом думать, он начал исследования жизненного цикла букашек и с помощью энциклопедии попытался определить, какой конкретно тип букашек его одолевает. К этому времени они заполнили весь дом. Он проработал массу литературы и наконец решил, что имеет дело с тлей. И с тех пор не сомневался в своем выводе, несмотря на утверждения знакомых: мол, тля не кусает людей...

  – Достопочтенная публика! – взвыл человек с микрофоном. – Сегодня нам представилась удивительная возможность послушать и расспросить тайного агента отдела по борьбе с наркоманией!
  Он просиял, этот человек в дешевом костюме, широком желтом пластиковом галстуке и ботинках из искусственной кожи. Чересчур толстый, чересчур старый и чересчур радостный, хотя радоваться было нечему. Глядя на него, тайный агент чувствовал тошноту.

  Чарлз Фрек тоже подумывал о «Новом пути» – так на него подействовала участь Джерри Фабина. Он сидел с Джимом Баррисом в маленьком кафе и уныло перебирал засахаренные орешки.
  – Решиться не просто. Там страх что творят. Сидят с тобой день и ночь, чтобы ты не наложил на себя рук или не откусил палец, и совсем ничего не дают для облегчения.
  Баррис посмеивался.

  Из костюма-болтунья одно расплывчатое пятно, называющее себя Фредом, смотрело на другое расплывчатое пятно, известное под именем Хэнк.
  – Итак, это все о Донне, Чарлзе Фреке и Джимми Баррисе, – Хэнк сделал пометку в лежащем перед ним блокноте. – Дуг Уикс, по вашему мнению, мертв или переместил свою деятельность в другой район.
  – Или завязал, – добавил Фред.
  – Вам говорит что-нибудь имя Граф, или Арт де Винтер?
  – Нет.

  Бобу Арктору надо было на некоторое время покинуть дом, чтобы там установили подслушивающую и подсматривающую аппаратуру. Обычно за домом следили до тех пор, пока из него не уходили все проживающие, причем таким образом, что можно было предположить их длительное отсутствие. Порой приходилось ждать неделями. В конце концов, если ничего так и не получалось, жильцов удаляли под каким-нибудь предлогом. Например, в связи с травлей тараканов.

  Больше всего тайный агент по борьбе с наркоманией боится не того, что его подстрелят или изобьют, а того, что ему введут бешеную дозу какого-нибудь психоделика и до конца жизни в голове будут крутиться глюки ужасов. Или подсунут порцию «смеси» – героин пополам с препаратом С.
  Или и то, и другое, да плюс еще яду, вроде стрихнина, который почти убьет его, но не совсем, и все закончится тем же: бесконечным фильмом ужасов. И он будет колотиться в стены психолечебницы или, хуже всего, окажется в федеральной клинике. День и ночь будет стряхивать с себя тлю.

  На следующий день Фред явился в управление.
  – Установлено шесть голокамер – по нашему мнению, шести пока достаточно, – которые передают информацию в надежную квартиру в том же квартале, где находится дом Арктора, – объяснял Хэнк, разложив на столе план-схему дома Роберта Арктора. – Оттуда мы ведем наблюдение еще за девятью объектами, так что вам придется встречаться с другими тайными агентами. Обязательно носите костюм-болтунья.

  По пути к дому Боба Арктора Чарлз Фрек придумал, как разыграть Барриса. Он скажет, что купил метедриновую мастерскую, спрятанную в гараже у одного хлыща, а Баррис презрительно фыркнет, и тогда он объявит, что получил от дядюшки сорок тысяч и... Фрек пока не мог сообразить, как закончить, но не сомневался, что сделает все в лучшем виде. Баррис непременно клюнет, особенно если у Боба будет народ. И тогда всем станет ясно, что Баррис – вонючий осел.
  Баррис и Арктор копались в машине с поднятым капотом.

  – Послушай, Донна, – произнес он.– Тебе нравятся кошки?
  Она мигнула; ее глаза были красными и воспаленными.
  – Гадкие маленькие твари. Гадят за мебелью.
  – Хорошо, а маленькие весенние цветы?

  Фред в костюме-болтунья наблюдал за голографическим изображением Джима Барриса. Баррис сидел в гостиной дома Боба Арктора и внимательно читал книгу о грибах. Откуда такой интерес к грибам, подумал Фред и перемотал ленту на час вперед. Баррис все так же сосредоточенно читал, делая какие-то пометки.

  На следующее утро, воспользовавшись такси – так как теперь не только цефаскоп, но и машина нуждалась в ремонте, – он оказался на пороге дома Ингельсона. На сердце лежала тяжесть, в кармане – сорок долларов.
  Его приветствовала полная пожилая женщина.
  – Доброе утро, сэр. – Я пришел, чтобы заплатить по своему чеку, который вернул банк, – начал Арктор.– По-моему, чек был на двадцать долларов.
  Женщина открыла железную коробку и сразу же нашла чек с пришпиленной записочкой.

  Двумя днями позже Фред изумленно наблюдал, как Роберт Арктор явно наугад выбрал книгу из книжного шкафа в своей гостиной. Может, за ней спрятаны наркотики, предположил Фред. А может, там записан номер телефона или адрес? Ясно, что Арктор вытащил книгу не для чтения; он только что вошел в дом и даже еще не снял плащ. У Арктора был странный вид – напряженный и одновременно ошарашенный.

  В комнате 203 два врача-психиатра излагали безучастно слушавшему Фреду результаты обследования.
  – Мы наблюдаем не повреждение, а скорее «феномен соперничества». Садитесь.
  – Соперничества между левым и правым полушариями вашего мозга, – подхватил второй врач.– Мы имеем дело не с одним сигналом – пусть искаженным или неполным, – а с двумя сигналами, несущими разноречивую информацию.

  – Самое главное в твоей работе, – сказал Джордж, один из сотрудников «Нового пути», – это туалеты. Полы, раковины и особенно унитазы. В здании три туалета, по туалету на каждом этаже.
  – Да, – отозвался он.
  – Вот швабра. А вот ведро. Ну как, справишься? Сумеешь вымыть туалет? Начинай, я погляжу.
  Он отнес ведро к раковине, влил мыло и пустил горячую воду. Он видел перед собой только пену. Видел пену и слышал звон струи.. И еще едва доносящийся голос Джорджа:
  – Не до краев, прольешь.
  – Да.

– Можно, я буду работать с животными?– попросил Брюс.
  – Нет, – сказал Майк.– Пожалуй, отправим тебя на одну из наших ферм. Я хочу, чтобы ты несколько месяцев ухаживал за растениями. На свежем воздухе, у земли. Приходилось иметь дело с сельским хозяйством?
  – Я работал в учреждении.

  В кухне под раковиной, среди щеток, ведер и ящиков мыла, он нашел маленькую косточку. Она походила на человеческую, и он подумал: не Джерри ли это Фабин?
  Невольно вспомнилось, что давным-давно он делил кров с двумя парнями и у них была шутка о крысе по имени Фред, которая жила у них под раковиной. Они рассказывали гостям, что однажды, когда их совсем приперло, бедного старого Фреда пришлось съесть.
  Может быть, это косточка жившей под раковиной крысы, которую они придумали, чтобы было не так тоскливо?
  ...– Этот парень разыскивал друга. Узнал дом, остановился и спросил, где найти Лео. «Лео умер». А парень отвечает: «Хорошо, я загляну в четверг». И уехал. В четверг, полагаю, вернулся. Ну, как вам?

В конце августа его перевели на ферму в Северной Калифорнии, в краю виноградников...
  Приказ о перемещении подписал Дональд Абрахамс, директор-распорядитель фонда «Новый путь». По представлению Майкла Уэстуэя, который принимал особое участие в судьбе Брюса.
  – Тебя зовут Брюс, – сказал управляющий фермой, когда Брюс неуклюже вылез из машины, волоча за собой чемодан.
  – Меня зовут Брюс, – сказал он. -
  – Мы попробуем тебя на сельскохозяйственных работах, Брюс.
  – Хорошо.