Главная: Бешеная армия  (Barmy Army)

Дуги Бримсон - один из самых известных и противоречивых исследователей движения футбольных фанатов - рассказывает, почему хулиганы остаются главной проблемой футбола, и объясняет, как конфликты на трибунах за тридцать лет превратились в тщательно продуманные хулиганские акции.

Страница писателя: Бримсона Дуги    Скачать книгу Бешеная армия: doc | fb2 | txt

Несколько лет назад в соавторстве с моим младшим братом я написал книгу. Она не была первой или единственной в своем роде, но, к счастью, достаточно неплохо продавалась. И до сих пор продается. Мне хотелось бы верить, что ее успех вызван тем, что это чертовски хорошая книга, но справедливости ради следует отметить одно немаловажное обстоятельство — она вышла в нужное время. И в этом заключалась едва ли не половина дела. Та книга, получившая название «Мы идем», была посвящена футбольному насилию. Она вышла в свет в марте 1996 года. Всего лишь через год с небольшим после того, как организованные английскими фанами беспорядки привели к срыву международного товарищеского матча в Дублине. Когда до начала чемпионата Европы — первого международного первенства по футболу, которое Англия принимала после чемпионата мира 1966 года, — оставалось несколько месяцев.

Это, конечно, некорректный вопрос. Надо спрашивать не «Почему люди устраивают беспорядки на стадионах?», а «Почему они могут их устраивать?». Если со времени первого зарегистрированного инцидента на стадионе прошло больше века, если еще тридцать лет назад статьи о футбольном насилии попадали на первые полосы газет, то почему так мало было сделано, чтобы остановить хулиганов? Это серьезный вопрос, и мы к нему еще вернемся.

После беспорядков, устроенных болельщиками сборной Англии в Марселе на чемпионате мира 1998 года, пресса изумлялась тому факту, что у подавляющего большинства фанатов, задержанных во Франции, были «работа и семья». Эта наивность до сих пор меня удивляет. Футбольные хулиганы живут не в пещерах, а на лбу у них не вытатуировано слово «отморозок». Это нормальные парни, большинство из которых живут обычной средней, вполне приличной жизнью. Я встречался со многими связанными с хулиганством людьми, и за редким исключением это были спокойные, доброжелательные и более чем нормальные граждане. А если вы спросите, почему они решили принять эту культуру (хотя большинство изучающих проблему хулиганства почему-то не любят этого делать), то многие просто пожмут плечами. Другие могут сказать: «Это адреналин», а еще кто-нибудь ответит даже проще: «А почему бы и нет?» Естественно, все это совершенно не похоже на серьезный ответ.

В августе 1999-го, когда фанаты «Кардиффа» и «Миллуола» начали сезон в своем неподражаемом стиле, многие были шокированы, узнав, что футбольные хулиганы, оказывается, не только пользовались мобильными телефонами, планируя свои действия, но даже обсуждали их в Интернете! Я никак не мог взять в толк, почему факт использования хулиганами современных технологий стал для многих откровением. Ведь если вы взглянете на историю того, как хулиганы координировали свои действия в прошлом, то станет ясно, что хулиганы — скорее явление в целом, а не какие-то отдельные члены группировок — всегда удерживали лидирующие позиции в противостоянии с полицией. В конце концов, закон может совершать только ответные действия — будь то на стадионе или уже в здании суда. И не важно, какое решение принимается и какие действия предпринимает полиция — в итоге хулиганы все равно найдут какой-нибудь обходной путь. Для них очень важно всегда быть на шаг впереди властей.

Я не ошибусь, если скажу, что с 1979 года казуалы стали тем, что мы понимаем под футбольным насилием. Меня всегда поражало, почему столь распространенной и жестокой культуре уделялось так мало внимания. Одной из причин этого является отсутствие ответа на вопрос: кто такие казуалы? Все тонет в версиях. Нет единого мнения даже об истории их возникновения.
Лично для меня культура казуалов основывается на двух вещах: футболе и манере одеваться. В день матча я надевал свой самый клевый прикид и отправлялся на «Викарейдж Роуд» или какой-нибудь другой стадион, а на следуюпдай день опять становился номером Р8123790, капралом Д. Брим-соном, воплощением респектабельности. В глазах других неотъемлемой частью культуры казуалов являлась музыка — северный соул, группа Motown и джаз-фанк (в последующие годы — электронная музыка, но эту тему мы опустим). Для меня, не просто завсегдатая ночных дискотек юго-востока Англии, но к 1982 году еще и диджея, два раза в месяц игравшего в соул-клубе близ Оксфорда, два подобных подхода к пониманию казуальной культуры представляются совершенно разными. Я никогда сознательно не связывал музыку и футбол и до сих пор этого не делаю. Но даже сейчас, двадцать лет спустя, не утихают споры о влиянии, которое оказывает на фанатов музыка. У меня же нет желания углубляться в такую тему, поскольку есть множество людей, которые могут рассказать об этом куда лучше, чем я.
Много споров вызывает история появления казуалов — как возникла эта культура, или, точнее, кто стал ее родоначальником. Фанаты лондонских клубов, особенно «Челси», утверждают, что именно они начали одеваться «неброско, но стильно», чтобы не привлекать внимания полиции на стадионе. С этим утверждением сложно не согласиться, поскольку я своими глазами видел сделанные в 1979 году фотографии фанатов лондонских клубов в одежде для гольфа. А еще я видел снимки, свидетельствующие о том, что некоторые столичные болельщики носили джемперы на пуговицах с коротким рукавом и облегающие велосипедные куртки. Мне, как выходцу с юга, больно это признавать, но наиболее вероятными родоначальниками этой культуры — по крайней мере, в области одежды — являются фанаты «Ливерпуля».

В этой книге основной упор сделан на насилии в английском футболе, а не в каком-либо другом. Я намеренно не говорил о Шотландии, да и о проблемах с английскими фанатами за рубежом упомянул лишь вскользь. Речь, подчеркиваю, идет о хулиганстве, оказывающем влияние на игру, которую именно я смотрю каждую неделю. У шотландцев свои проблемы, равно как и у голландцев, немцев, русских и даже американцев — но это их проблемы, а не мои. Мне нет до них особого дела — а если честно, мне они вообще безразличны.

Совсем недавно я познакомился с мнением, что футбол находится сегодня на той стадии своего развития, когда он вынужден воспринимать зрителей уже не как болельщиков, а как клиентов. В этом есть своя доля правды, хотя нельзя не принять во внимание одно серьезное упущение. Будучи «клиентом» некой коммерческой структуры, я всегда могу отказаться от ее услуг, если их качество не соответствует моим ожиданиям; но, будучи фанатом «Уотфорда», я могу купить сезонный абонемент только на один стадион — «Викарейдж Роуд». Я не могу от него отказаться, поскольку страстно болею за свою команду, а она проводит домашние матчи только на «Викарейдж Роуд». Получается, что у них есть монополия и на меня, и мои деньги.

Кто-то в свое время правильно сказал, что самое мощное оружие — это слово. И не важно, написано оно, произнесено или даже озвучено с экрана телевизора — оно может формировать мнения, изменять восприятие, а также создавать или уничтожать репутации конкретных людей. Обладание таким оружием возлагает огромную ответственность на писателей и журналистов, и они обязаны отвечать за каждое свое слово. Как человек, пишущий то, что многие считают противоречивым, я должен вспоминать об этом каждый раз, когда включаю компьютер.

Любой, кто со мной разговаривал, знает, что мое отношение к большинству людей, «изучающих» хулиганство, может быть выражено в нескольких коротких словах. Достаточно сказать, что я не особенно высоко оцениваю их заслуги.

Много лет назад в Бирмингеме, на станции «Нью-Стрит», произошел один эпизод. Мы приехали туда на «футбольном поезде» и, как только вышли на платформу, начали петь — по мере приближения к главному вестибюлю все громче и громче. Потом мы увидели шеренгу полицейских, а когда подошли к ним, один из них перегнулся через заграждения и без всякой причины схватил одного из наших парней. Схватив фаната за воротник, он приподнял его над землей и прямо в лицо прокричал: «Ты в Бирмингеме, урод, так что лучше заткнись!» А потом отпустил. Я это запомнил на всю жизнь, и хотя за последующие годы видел достаточно подтверждений распространенному среди фанатов мнению, что все полицейские — ублюдки, именно этот эпизод запал мне в память.

Не так давно один известный член Ассоциации футбольных болельщиков сказал в интервью, что хулиганству уделяется намного больше внимания, чем оно заслуживает, и на самом деле беспорядки на стадионах — весьма редкое явление. В подтверждение этих слов была приведена статистика: в сезоне 1997/98 на английских стадионах побывало почти двадцать пять миллионов человек, а арестовано было три тысячи триста семь, а на протяжении всего сезона на матчах «Ливерпуля» и «Эвертона» произошло меньше арестов, чем в обычный субботний вечер в центре Ливерпуля. Похоже, что это весомый аргумент.

Я обсуждал проблему хулиганства со многими людьми — начиная с тех, кто вообще не интересовался футболом, и заканчивая весьма известными в футбольном мире личностями середины 1970-х. Естественно, они задавали совершенно разные вопросы, да и тон обсуждения сильно различался, но в то же время раз за разом всплывал один-единственный вопрос, который мне задавали едва ли не все. Сказочно простой вопрос, и до недавнего времени я был готов дать на него довольно простой ответ. Однако в процессе работы над этой книгой, когда я перечитывал старые записи, мне встретилось одно письмо, в котором тот же самый вопрос был задан в совершенно иной форме. Он звучал так: «Если тебе так нравилось этим заниматься, то почему ты пытаешься нас остановить? Значит, ты свое уже отгулял, и теперь наша очередь».

Клубы и их фанатские группировки

«Арсенал» (Gooners)
«Астон Вилла» (Villa Youth Steamers)